2016-05-05T13:36:05+03:00

Одесса 2 мая снова сошла с ума

Спецкор «Комсомольской правды» побывал в городе, где ровно два года назад толпа украинских националистов сожгла заживо полсотни антифашистов. И понял, что трагедия никуда не ушла [видео]
Поделиться:
Комментарии: comments744
Полицейские не пропустили собравшихся почтить память погибших в мае 2014 года к Дому профсоюзов. Фото: ZUMA/TASSПолицейские не пропустили собравшихся почтить память погибших в мае 2014 года к Дому профсоюзов. Фото: ZUMA/TASS
Изменить размер текста:

НЕШПИОНСКИЕ ИГРЫ

Лететь в Одессу к 2 мая – что-то вроде психологического триллера.

Убеждаешься, что мир точно сбрендил, и ты словно весенний пассажир в метро осторожно разглядываешь буйно-помешенного, надеясь, что он тебя не заденет.

Сначала ты летишь в когда-то братскую, а ныне даже сложно сказать какую Украину. Летишь по-дурацки, через все еще братский Минск – так как напрямую нельзя.

Хорошо.

Смиренно едешь в Шереметьево. Там тебе вдруг сообщают: Беларусь не заграница.

«Вы наверное газет не читаете и политикой не интересуетесь – пожалела меня девушка за стойкой международных линий, - Минск сто лет как Союзное государство с Россией, вам в зал внутренних перелетов».

Ладно.

Ты в Минске. С завистью смотришь на табло. Через час прямой рейс Минск-Одесса, но тебе в этот самолет нельзя категорически. Ты должен лететь в Киев. Потому что рейс Минск-Одесса для мужчины с российским паспортом легко превращается в Минск-Одесса-Минск.

На днях это испытали на себе… немцы (один из них — известный режиссер Ульрих Хайден), пытавшиеся приехать почтить память жертв трагедии в доме Профсоюзов. Их депортировали.

Ок. Ты в Киеве. Садишься в автобус на Одессу. Катишься по украинским пасторалям куда-то на юг, к черно-ласковому морю. Думаешь – уфф, проблемы позади. И получаешь странные сообщения от одесской знакомой.

- Сменил симку на местную?

- Да

- Не въезжай в город, сходи на окраине.

- ?!

- На автовокзале могут встретить. А у тебя российский паспорт.

- Кто?

- СБУ (Служба безопасности Украины. - Ред.). Нацгвардия. Они на каждом углу. Но это в лучшем в случае.

- В худшем?

- «Азов» (националистический полк, воюющий в Донбассе, но на 2 мая переброшенный в Одессу для пресечения беспорядков. - Ред.). Срочно сходи и добирайся на такси.

- Это че – одесский юмор?

- Сотри эти сообщения.

КАК НА ВОЙНУ

И все-таки я надеялся, что это бред. Обязательно выяснится что-то одесское. На Еврейской мне скажут - «ой, кого вы слушаете?!», на Дерибасовской - «шо? Я вас умоляю! Вова, не берите это в голову!». И ласковый майский бриз развеет эту чепуху.

Но утром 2 мая Одессу я не узнал.

Что-то в ней было странное.

И дело не в том, что в телевизоре уже сидел одесский губернатор Михаил Саакашвили, и что-то путанно излагал. О том, как он любит Одессу, что «нет ни одной статьи в иностранных газетах, где не признавалось успехов губернатора», что в городе провокаторы, что кто-то хочет беспорядков «из-за своих агентурных и коррупционных интересов».

И даже не потому что у гостиницы действительно обнаружилось сразу три (3!) патруля, которых я не заметил в темноте. За углом автобусы с бойцами. В воздух, как утверждал телевизор, подняты истребители (!) и пять групп кораблей (!) зачем-то патрулируют Черное море…

Тут другое - я не узнал одесситов.

2 мая. Одесса. Утро. За квартал до площади профсоюзов. https://t.co/f7ryHpiwu9

Иду к Дому Профсоюзов мимо Привоза. Рядом люди с цветами, у всех четное количество – то есть нам по пути. Но лица! Люди с цветами шли словно на войну. А впереди уже маячит россыпь полицейских машин с включенными мигалками…

Стражи правопорядка не пропускали собравшихся на площадь возле Дома профсоюзов. Фото: Владимир ВОЛОШИН

Стражи правопорядка не пропускали собравшихся на площадь возле Дома профсоюзов. Фото: Владимир ВОЛОШИН

Подхожу к бабульке, торгующей сим-картами, уточняю – к Дому профсоюзов правильно иду?

Молчит. И смотрит неодобрительно:

- Что, сынок, экстрима захотелось?

Ну а когда я встретил у Куликова поля коллегу – черт возьми! - в бронежелете, не выдержал.

- Вы тут с ума посходили? – поинтересовался я.

Показывают вверх. На крыше соседней многоэтажки человек в камуфляже. Снайперы.

- Господи помилуй! – грянуло слева.

- Прости грехи наши! – запели сзади.

Одесса. Куликово поле. Потеряв надежду пройти оцепление к дому профсоюзов, демонстранты раскладывают цветы на газон.Одесса. Куликово поле. Потеряв надежду пройти оцепление к дому профсоюзов, демонстранты раскладывают цветы на газон

Я посторонился – мимо прошел крестный ход.

- Про-пу-скай! Про-пу-скай! – кричали оцеплению.

- Не снимай меня, ты из СБУ?! – заорал на меня какой-то толстяк.

- Господи, за что?! – закричали справа. – Это знак святого Георгия!

Тетушку с георгиевской лентой на груди тащут сразу пять полицейских.

- Господи помилуй! – на встречу опять курсирует крестный ход.

- За углом “Азов” – шепчет моя коллега. – Осторожно.

- Скорая! Б…, где скорая?! Человек умирает! – заорал кто-то рядом. И мы бросились искать Скорую…

Пожилой человек простоял с цветами около 8 часов и упал. Полицейские и медики пытаются оказать ему первую помощь. Не помогло... Фото: Владимир ВОЛОШИН

Пожилой человек простоял с цветами около 8 часов и упал. Полицейские и медики пытаются оказать ему первую помощь. Не помогло... Фото: Владимир ВОЛОШИН

ПОЛИЦИЯ УВОДИЛА ДАЖЕ ЗА СЛОВО...

Да, Одесса… Тот человек умер на моих глазах. Пришел, как тысяча других, положить цветы к Дому Профсоюзов. Наверняка пришел к 9 утра, как и многие, но власти решили поискать в здании бомбу, Нацгвардия оцепила территорию. И буквально окопалась по дороге - на Куликовом, разбив там военный лагерь.

Ну разумеется никакой бомбы не было. Тут все понимают…

Пожилой человек простоял с цветами около 8 часов и упал. И ни одной Скорой в округе. Ни одной.

- Почему нас не пускают? – сухенькие старушки с цветами вымещали обиду на нас журналистов. - У нас нет оружия, у нас только цветы.

Что им ответишь?

"Не забудем не простим, придёт время отомстим". Одесса. Куликово поле.. "Не забудем не простим, придёт время отомстим". Одесса. Куликово поле.

Пришли родственники погибших. Один из них все показывал маленькую фотографию:

- Он ведь только проходил мимо. Из любопытства зашел на Куликово и вот. Еле обгоревшего опознали…

- Я понимаю, если убивают за что-то святое. За Родину, защищаясь от агрессора, но убивать за слово? За мнение? За ленточку? – громко рассуждала интеллигентного вида пенсионерка.

Полицеский автоматически повернул голову на звук.

Через минуту изумленное лицо пенсионерки мелькнуло в толпе. Ее вели полицейские!

Первые задержание на Куликовом поле в Одессе.Первые задержание на Куликовом поле в Одессе

- А что с них взять? – злились “куликовцы”. – Пригнали полицию из Киева, наши давно бы нас пустили.

- Они издеваются, – грустил рядом пожилой одессит (на Куликово поле пришли в большинстве своем пенсионеры). – Они показывают свою силу. И кому – мертвым. Погибшим. И нам, старикам…

Когда пришедшие помянуть погибших поняли, что к месту гибели людей их не пропустят, они разложили цветы на близлежащей лужайке.Фото: Владимир ВОЛОШИН

Когда пришедшие помянуть погибших поняли, что к месту гибели людей их не пропустят, они разложили цветы на близлежащей лужайке.Фото: Владимир ВОЛОШИН

НЕ ПУСТИЛИ ВОЗЛОЖИТЬ ХОТЬ ОДИН ЦВЕТОК

Вечер. Молодежь со злостью возложила цветы к ногам спеназовцев, плюнула и разошлась. И лишь упрямые пенсионеры продолжали давить на совесть Нацгвардии.

- Христос Воскрес, сынки.

- Воистину – хмурятся воины.

- Пустите детей помянуть.

Молчат.

И я смотрел на украинских полицейских даже не со злостью. А изумлением. Зачем? Ну пустили бы людей к их святыне, провели бы они (кстати, согласованный мэрией) митинг. Возложили цветы. И все!

Зачем нужны самолеты, нацгвардия, броневики, снайперы?

Словно кто-то у власти на Украине крепко сошел с ума!

И тут поспела новость, которая потом многое объяснила – Автомайдан, “Правый сектор” (националистическая организация, запрещенная в РФ. - Ред.), “Азов” и другие крутые ребята просто не пустили депутатов от “Оппозиционного блока” в Одессу.

Депутаты собирались участвовать в панихиде по жертвам 2 мая, но их просто заперли в аэропорту.

Власти местного МВД хватило только на то, что перевести киевских гостей в ВИП-зал, где они помолились со срочно вызванным батюшкой и улетели.

Это была демонстрация силы. Майдану было важно показать – кто главный в городе.

Одесса. Куликово поле. Потеряв надежду пройти оцепление к дому профсоюзов, демонстранты раскладывают цветы на газон.Одесса. Куликово поле. Потеряв надежду пройти оцепление к дому профсоюзов, демонстранты раскладывают цветы на газон

По слухам, националисты поставили перед властями ультиматум – хоть один цветок у Дома Профсоюзов, и отряды молодежного движения “Азов” и “Левый берег” атакуют “куликовцев”.

А дальше перспектива апокалиптическая - полиция вступается за стариков, за свою молодежь вступаются «Правый сектор», «Азов» и 2 мая становится дважды кровавой датой.

И у властей, похоже, не было выбора – как “заминировать” Куликово поле и уступить более сильному.

МОЛЕБЕН ТОЛЬКО ПО СВОИМ

“Правый сектор” спохватился только к вечеру. На Куликовом поле его бойцы начали искать московских журналистов.

В этот момент я наблюдал молебен победителей. На Греческой площади украинские патриоты-националисты молились за своих товарищей, тоже погибших 2 мая.

Стояли в стройных шеренгах со штандартами. Большинство в камуфляже. Приклонив колено, они пели национальные песни. Рядом стенды с фотографиями из зоны АТО (карательной операции в Донбассе, называемой Киевом антитеррористической. - Ред), море флагов, батюшка и трезубец из красивых огоньков свечей.

Не знаю, молился ли кто-нибудь из них за всех погибших, а не только за своих… Не знаю, молился ли кто-нибудь за всю Украину. Не знаю, довольны ли они, что 2 мая 2016 года они победили “куликовцев”, не позволив им провести свой молебен…

Одно я теперь знаю точно – 2 мая лучше не приезжать в Одессу. В этот день она сходит с ума.

2 мая в Одессе 2016 года.

ИСТОЧНИК KP.RU

Еще больше материалов по теме: «Украинский кризис»

Понравился материал?

Подпишитесь на еженедельную рассылку, чтобы не пропустить интересные материалы:

Нажимая кнопку «подписаться», вы даете свое согласие на обработку, хранение и распространение персональных данных

 
Читайте также